Rambler's Top100

Интервью

Берт Хеллингер, родоначальник системной работы

 

Путь феноменологического познания

 

(Выдержки из интервью)

 Результат моего труда вытекает из открытия категории порядка. Когда я нахожу порядок, не просто прядок, а строгий порядок, я знаю, что есть возможность найти решение, подлечить систему.

К примеру, дерево распускается согласно сложившемуся порядку. Оно не может его нарушать. В противном случае оно не будет деревом. Так же и человек. Он тоже развивается по определенным законам, в соответствии со сложившимся порядком. Человеческие системы так же развиваются, следуя сложившемуся порядку.

Но находятся люди, которые говорят: порядок должен отличаться от того, что заложено в нем первоначально. Они хотят чего-то другого. Те, кто желают улучшить мир, они хотят видеть порядок, отличающийся от того, который они привыкли видеть.

В таком случае они проектируют то, что им хочется, и уже их не интересует установленный порядок. Установленный порядок -  это что-то скрытое от нас. Мне кажется, что не так легко найти этот порядок и тем более его придумать.

Лично я считаю, что процесс открытия этого порядка протекает следующим образом. Сохраняя в точке прицеливания все, что находится передо мной, ничего не замышляя, не опасаясь за последствия, я ухожу в себя. Когда я таким образом ушел в себя, сосредоточился, я начинаю устанавливать контакт с чем-то  большим.

Мне трудно определить это. Иногда я называю это душой или великодушием, чем-то таким таинственным, что источает энергию, силы. И когда я установил контакт с этим таинственным, я начинаю ощущать внутренние структуры, которая либо помогают, либо мешают.

Находясь в контакте с этими структурами, я понимаю, что передо мной открывается порядок, способствующий объединению и одновременно развитию.

Когда в определенной расстановке все члены семьи чувствуют себя плохо, я делаю заключение, что в этом порядке не все ладится, что произошло нарушение. И тогда я начинаю поиски оздоровительного порядка.

Можно повторять и отрабатывать этот порядок на поверхностном и более глубоком уровне. Если, например, кто-то находит построения, способствующие заболеваниям, или, наоборот, благоприятно сказывающиеся на самочувствии, в этом случае предоставляется возможность работать на  достаточно поверхностном уровне, потому что они ему знакомы.

Здесь надо мобилизовать свои знания. Но в данном случае степень действий ограничена. А если я хочу добиться чего-то более серьезного, глубокого, возникает необходимость большей собранности, большей сосредоточенности.

Эта сосредоточенность направлена на свободное место в среде, на вакуум. В этот момент я связан с чем-то таким целительным, что невозможно передать.

И наоборот, это проявится в конечном результате. В тот момент, когда я сообщаю то, что я ощутил, я могу увидеть через реакцию, действительно ли я связан или нет. Вызвало ли это, например, какое-то движение, любопытство или, наоборот, упреки.

Таким образом, предоставляется возможность отличия различных уровней.

  

Принимать все как есть

 

Спокойствие, так же, как и ощущение приходят ко мне благодаря тому, что я принимаю мир таким, какой он есть, то есть, не помышляя об его изменении.

В принципе, это религиозная позиция, поскольку она перекликается с чем-то Всемогущим. При этом я не претендую на то, чтобы узнать лучше или найти лучший выход, чем тот, куда направляются эти глубинные силы.

Исходя из этого, я строю свою позицию просто: принимать все как есть. Если я увижу что-то красивое, я рассматриваю это как частицу мира, который я принимаю таким, какой он есть. И если я увидел что-то ужасное, то и здесь я не изменяю своей позиции. И то, и другое для меня существует, и то, и другое я принимаю. Именно эта позиция обостряет мои ощущения.

В противном случае мои взгляды, мои помыслы или мое воззрение мешали бы моему восприятию.

В таком виде работы наши чувства должны быть широко раскрыты. Но что, помимо этого, очень важно, это то, что я называю «холистическим ощущением». Такое ощущение возможно лишь в том случае, если я оставляю место всему, если я ничего не исключаю.

В ходе работы по семейной расстановке, я в своем сердце выделяю место для каждого члена системы, даже для тех, кто у меня на плохом счету, кого я считаю провинившимся и на которых я смотрю с опасением и неприязнью. Но и им также я уступаю место. В такие моменты я чувствую себя частицей целого.

Я смотрю на человеческое существо как на частицу Одного большого целого. Когда я занимаюсь терапевтической работой с ним, я фактически обращаюсь к нему не как к индивиду, к его «я», я обращаюсь к его душе, туда, где у него установлен контакт с чем-то  большим.

Благотворный результат от этого значительно выше, чем если бы я ограничивался тем, что выделяется на поверхности.

 

Высшая реальность

 

Вместе с пациентом, или клиентом, я обозреваю поле последствий его поведения или поле последствий судеб его семьи. Я не занимаюсь отбором удачных, счастливых и легких ситуаций. Для меня интересны любые ситуации, в том числе и в первую очередь тяжелые.

Я сопровождаю клиента до той грани, где он и его система находятся в опасности. Я переступаю эту грань вместе с ним, смело, без страха.

В последний момент я могу оказаться перед лицом опасности, угрожающей ему, например, смерти или еще чего-то страшного. Я продолжаю свой экскурс вместе с ним во всех направлениях.

Таким образом, я знакомлюсь с полным полем реальности этой системы. После такого обозрения мне становится ясно, где проходит граница, и я знаю, что можно сделать и что нельзя внутри этого поля.

Если клиент сознает эти границы, перед ним открываются возможности перемен. Именно при таком подходе он воспринимает то, что возможно, как в отрицательном, так и в положительном плане. И это ему придает силы. А с помощью этих сил можно искать возможное решение, которое будет наилучшим для всех.

 

«Любовь тоже подчиняется порядку и служит ему»

 

Иногда решение бывает только одно: подчиниться, смириться с крайностью. И в таком случае приходится сказать «да» концу нашей жизни и тому, что нет альтернативного или более легкого решения.

Но существует и другое решение. И его значительно легче найти, если идти с клиентом до последней границы. Теперь он знает свои возможности и свои границы, и поэтому ему становится легче найти подходящий путь.

Мне хотелось бы еще что-нибудь сказать относительно порядка. То, что мы называем ценностями или смыслом, представляет собой что-то такое, что способствует порядку и, стало быть, служит единству и эволюции.

И именно по этой причине порядку всегда нужно отдавать предпочтение. Все остальное находится на службе этого порядка. Я, следовательно, не могу с помощью ценностей изменить порядок, сказав, например: «Вот высшая ценность, и теперь порядок должен покориться этой ценности».

Все наоборот: ценность должна подчиниться порядку. Даже любовь подчинена порядку. Она способствует его поддержанию и сохранению.

В чем высшее проявление любви? Обеспечивать другому право на принадлежность, а, точнее, признавать, что он имеет такое же право принадлежать, какое имею я.

Из этого взаимного признания рождается глубокое чувство общности. Именно эта любовь делает свободным, окрыляет.

Но есть и другие виды любви, которые поддерживают последнюю, например, любовь в отношениях. Такая любовь, рождающаяся в результате связи, заканчивается, например, следующим образом.

Ребенок, поскольку он еще не в состоянии понимать так, как взрослые, привязан к матери или к отцу. Он хочет любой ценой быть с ними, даже в том случае, когда их нет в живых.

Отсюда рождается такая динамика: «Я последую за тобой, даже за мертвым». Но такая динамика трагична для системы. Если один из родителей, например, отец, умирает, и ребенок захочет последовать за ним, из любви, из слепой любви. В результате такой трагической семейной ситуации система потеряет двух людей, вместо одного, поскольку вместо того, чтобы оставаться в системе, ребенок покидает ее.

Но если ребенок сумеет признать, что его отец будет продолжать жить в нем даже после смерти, он всегда будет сохранять контакт со своим отцом, а отец - с ребенком. У отца сохраняется право принадлежности даже после смерти. А ребенок также может прожить, с любовью признания своего права на принадлежность, сказав при этом: «Пожалуйста, будь ко мне благосклонен, если я останусь (в живых)».

Я считаю нормальным, если кто желает проверить результаты моей работы. Тот, кто может опереться на свой личный опыт уже тем самым, имеет "feedback" и может, таким образом, развивать то, что помогает, и то, что не помогает. Именно в расстановке мы приобретаем самый ценный "feedback". Тут можно ощутить изменения в себе: в том, что касается чувств, настроения и в особенности энергии и силы.

Но терапевт не оказывает никакого влияния на то, что клиент будет делать с пережитым опытом своей системной расстановки. Именно по этой причине нельзя по-настоящему уверенно развивать результат такой работы. Более того, необходимо учитывать многочисленные другие факторы, которые могут сыграть свою роль.

 

Тел./факс: +7(926) 769-75-92; +7(926) 333-15-6Ч;
E-mail: info@kto-ya.ru, сайт: www.kto-ya.ru

Интервью: даосизм, духовная экология, индуизм